«Горбушкин двор»: от рассвета до заката.



Будний день, послеобеденное время, скучающие продавцы, уткнувшиеся в смартфоны, и редкие посетители, больше похожие на тени прошлого. Того прошлого, когда многолюдный поток ежедневно захлестывал лабиринты торговых рядов «Горбушки».

Теперь этого нет. Продавцов стало в разы больше, чем покупателей, сотни торговых павильонов закрылись навсегда, а атмосфера легендарного торгового центра сродни атмосфере оставленного населением города, перед тем как в него зайдет армия захватчиков. Пустынные переулки и площади, погашенные, некогда яркие огни и гулко отдающиеся шаги отдельных покупателей.


Невооруженным глазом видно, что «Горбушка» умирает — медленно и неотвратимо. Даже клуб филофонистов съехал обратно на свою «историческую родину» в ДК Горбунова, где он зародился в далеком 1987 году. И именно с него по сути и началась «Горбушка» — уникальное перестроечное и постперестроечное явление, один из символов зарождающего капитализма и настоящая «школа жизни» для десятков тысяч людей.


Вот что рассказал о тех временах бывший бизнесмен Сергей, торговавший видеопродукцией сначала на площади перед ДК Горбунова, а затем перебравшийся в «Горбушкин двор», носивший тогда имя «Ля-Ля Парк».


Рассказ представлен в авторской обработке.

Брак, разборки и дефолт

Так получилось, что призывался я в Советскую Армию, а демобилизовался уже из Российской. Служил на Северном флоте и, вернувшись домой, не узнал страну, хотя старший брат в письмах рассказывал о серьезных переменах, да и служба проходила не на другой планете — перемены были заметны и в армии.


Как простой советский человек, свое будущее я представлял очень четко: армия, институт, интересная работа и далее по списку. В институт я вскоре поступил, но, глядя на старшего брата, который много лет крутился на «Горбушке», зарабатывая неплохие деньги на перепродаже пластинок, а затем на тиражировании видеокассет, часто стал задумываться о правильности выбора.


Перед глазами был пример отца, который, отработав инженером больше 30 лет, получал копейки, а «барыга»-брат без особого труда зарабатывал в несколько раз больше на продаже видеокассет и дисков. Причем его доходы росли чуть ли не ежемесячно, и он был очень доволен тотальным наступлением капитализма, а от отца постоянно слышались исключительно жалобы на жизнь.


Поворот в моей жизни случился после того, как брат купил «Жигули» шестой модели и застолбил очень хорошее место прямо напротив центрального входа в ДК Горбунова. И чуть ли не в ультимативной форме потребовал моего участия в семейном бизнесе. Сам он уже не справлялся — и ему срочно требовался помощник. Желательно такой, которому он мог полностью доверять.

Деньги мне были нужны, так как жить на стипендию было невозможно, поэтому отказываться смысла не было, тем более брат расписал такие перспективы, от которых дух захватывало. Так я и стал студентом-барыгой. По будням — учеба в институте, по выходным — торговля на Горбушке.


Сначала мы торговали только с капота, сдавая багажник нашей «шестерки» в аренду знакомым, а в салоне хранился товар, и иногда проводились переговоры с важными клиентами. К таким относились в основном регионалы, кто покупал не по одной видеокассете, а брал несколько десятков, получая индивидуальную скидку.


Один раз переговоры едва не привели к потере как машины, так и здоровья брата — причем случилось это не по его вине. После того как исчез «железный занавес», многие зарубежные фирмы стали сливать на бездонный советский, а потом и российский рынок всякий неликвид.


Я не говорю про кассеты ноунейм-производителей, чаще всего китайских — этим грешили и мировые бренды. Так, непонятно какими путями на наш рынок попала огромная партия бракованных видеокассет Agfa. Брак заключался в том, что на последних 10-15 минутах пленка начинала дергаться — видимо, какой-то дефект был в механизме кассеты. Причем из 10 кассет, восемь или девять были бракованными — можно представить, каким огромным был процент брака всей партии.


Проблема была в том, что для одного клиента из Пятигорска мы с братом целую неделю писали фильмы именно на кассеты Agfa и записали около 150 штук. Целую неделю мы выполняли только его заказ, а наши видаки едва не приходилось поливать холодной водой — настолько они перегревались от работы в три смены.


Заказ мы выполнили, клиент приехал, забрал кассеты, а через неделю вернулся, но не один, а с тремя очень серьезными ребятами. С ними и проходил «разбор полетов» в салоне нашей «шестерки».


Оказалось, что только несколько кассет из всей партии были нормальными, а остальные — дефектными. К тому времени уже многие «писари» столкнулись с подобным явлением, да и нам покупатели пару раз возвращали кассеты.


Люди из Пятигорска сразу же обвинили брата в сознательном впаривании брака, из-за чего они понесли серьезные убытки и потребовали компенсации. Тоже очень серьезной. Брат пытался разрулить ситуацию, но его доводы во внимание не принимались, и все могло кончиться тем, что его на его же машине отвезли бы в более тихое место для продолжения беседы. При этом весь наш товар моментально был конфискован за причиненный моральный и прочий ущерб.


От серьезных проблем спасло вмешательство соседа, который по лицу брата понял, что происходит что-то очень нехорошее, и влез в разговор, пообещав позвать знакомую «братву», если гости не прекратят беспредельничать. До сих пор неизвестно, что заставило пятигорских включить задний ход — то ли нежелание встречаться с местными бандитами, то ли уступки, на которые пошел брат — но, вернув сотню с небольшим бракованных кассет и забрав больше двухсот наших в качестве неустойки, а также лежавший в машине видеоплеер и выдернув до кучи автомагнитолу, они оставили брата в покое. Пообещав, что в следующий раз, если «кидок» повторится, с ним будут говорить уже не так ласково и совсем в другом месте.


Правда, с тех пор мы пятигорских больше не видели, хотя приходилось разбираться с другими клиентами, купившими бракованные видеокассеты. Брат, хоть и не любил возвращать деньги и менять товар, на конфликт в таких случаях не шел — и правильно делал. Одному из несговорчивых «писарей» обиженный клиент порезал шины, а другому настучали по голове прямо на его торговой точке, попутно испортив часть товара.


Случай с бракованными видеокассетами был не единичный. Я до сих пор уверен, что едва ли не весь мировой неликвид в огромных количествах сливался на рынок стран СНГ, где он исчезал как в черной дыре. Через несколько рядов от нас торговали видеомагнитофонами, которые челноки возили из Эмиратов — так там скандалы были едва ли не через день. И таких случаев были сотни только на Горбушке.

Кстати, бракованные Agfa мы все же распродали за полгода — все тем же регионалам. Даже обнаружив, что пара кассет с браком, мало кто из них ради этого поехал бы разбираться в Москву. Тем более что по-настоящему конфликтных людей мало — большинство предпочитает не трепать себе нервы из-за такой мелочи как видеокассета. Так что вся бракованная партия ушла, но убытки мы, естественно, не покрыли.


После истории с бракованными Agfa брат стал закупать исключительно не дорогие, но проверенные видеокассеты: турецкие Raks, корейские SKC, Scena, Samsung, Goldstar, попадались по хорошей цене кассеты Konica, Kodak, Akai. Но если клиент настаивал, то для него фильмы записывались на кассеты классом выше: TDK, BASF, Panasonic, Sony, JVС, Fuji. Были такие, кто на Goldstar или Konica даже смотреть не хотел — подавай ему BASF или Fuji.


Но, как показывал опыт торговли, в массе своей покупателю было наплевать на марку кассеты — лишь бы она стоила недорого. Многие покупатели, которых на Горбушке презрительно называли лохами, васьками и пионерами, вообще понятия не имели, что в кассетах RAKS используется пленка BASF, что есть такая страна как Южная Корея, многие не могли правильно произнести названия Hitachi или Maxell.


Когда появились российские компании, продающие лицензионные видеокассеты, то, как правило, они использовали самую дешевую пленку, которая осыпалась уже через несколько лет. Эти компании постепенно начали вытеснять «писарей»-одиночек, ресурсы которых не позволяли конкурировать с серьезными фирмами.


Под конец 90-х брат решил отказаться от записи фильмов, считая это вчерашним днем, и планировал заняться оптовой продажей кассет. Это требовало совсем других денег и организации — например, вместо «шестерки» надо было арендовать «газель» или «бычок», перебраться от ДК Горбунова на площадку перед заводом «Рубин» и там налаживать все заново. Но брата это не смущало, так как он свято верил в рынок и восторгался капитализмом.


Он давно хотел купить себе квартиру и съехать от родителей, даже отложил на это деньги, но решил обождать с квартирой и вложился в кассеты. Поначалу все шло хорошо, но затем случился дефолт, и все, что брат и я не перевели в доллары, пропало. То есть у нас было несколько тысяч видеокассет, которые разом подорожали в три раза, так как были привязаны к доллару, а рублевые накопления разом превратились в бумагу.


Почти полгода мы несли убытки, а месяц вообще не работали, пытаясь понять, как жить в новых условиях. Капитализм хоть и привел к изобилию и возможности работать не «на дядю», а на себя, но кроме плюшек у него были припасены для нас и удары ниже пояса.


В 2001 году мы перебрались в «Ля-Ля Парк» — будущий «Горбушкин двор». Брат открыл несколько точек, где продавались все те же видеокассеты, аудиокассеты. Также ассортимент расширили за счет DVD-дисков и болванок. Сами мы уже не торговали, наняв для этой цели продавцов, а занимались лишь административно-снабженческими функциями: доставить товар, провести учет, решить вопрос с арендой, поставщиками и т.д.


Работать стало одновременно и проще, и сложнее, а потом брат внезапно решил выйти из дела. Старые знакомые пригласили его в представительство одной серьезной фирмы — отвечать за продажи в странах СНГ. И он быстро согласился.

Уже тогда он понимал, что «Горбушкин двор» в перспективе будет малоприбыльным, да и после дефолта ему больше не хотелось расплачиваться за чужие косяки своими активами — а в том, что косяков будет еще очень много, он не сомневался. Вскоре к такому же выводу пришел и я, и в 2008 году мы продали фирму, успев, что называется, соскочить с летящего под откос поезда.


Через год нашу фирму не удалось бы продать и за полцены. Таким образом, почти 15 лет жизни было связано с Горбушкой, она стала для меня и брата хорошей школой жизни и научила выживать в условиях дикого капитализма 90-х.


Будущего нет

К этому можно еще добавить, что от всех прочих торговых центров «Горбушкин двор» всегда отличался (да и сейчас отличается) тем, что при желании на его обширной территории можно отыскать все, что угодно: виниловые и компакт-диски, бытовую технику и сувениры, аудио/видеоаппаратуру и телескопы, смартфоны и охолощенное оружие, компьютеры и посуду, видеоигры и обувь, игрушки и электродрели с шуруповертами. Если знать, что и где искать, то на Горбушке можно было купить практически все.


Но так было раньше, примерно до 2015 года, хотя свои позиции Горбушка начала сдавать уже в начале 2010-х годов. Несмотря на почти всеевропейскую известность, с каждым годом борьба за покупателя становилась все более напряженной и все менее успешной. Засилье Интернет-магазинов, перманентный экономический кризис с 2009 года, бесконечные нокдауны рубля, арендная плата, которая не падала даже в пандемию коронавируса — все это негативным образом сказалось на привлекательности Горбушки.



По большому счету, то, что наблюдается сейчас — это нонсенс. Когда продавцов больше, чем покупателей, когда пустуют огромные площади — все это есть свидетельство глубокого упадка, несовместимого с рыночными законами.


Даже не будучи экономистом, можно понять, что содержание такого огромного комплекса, как «Горбушкин двор», с сотнями закрытых павильонов экономически нецелесообразно.


Как это ни странно, но наибольшее оживление заметно лишь в двух местах: в фитнес-центре на втором этаже и в «центровых» местах на первом этаже. Если первый этаж еще более-менее подает признаки жизни, то на втором этаже наблюдается самая настоящая, практически чернобыльская «зона отчуждения».


Единичные открытые павильоны и проходящий где-то в сотне метров раз в пару минут одинокий покупатель. Хотя это, может, и не покупатель вовсе, а случайно забредший зевака.


С 2018 года «Горбушкиному двору» стала грозить и другая, очень серьезная опасность. Опасность полной ликвидации. А именно — московские власти заявили, что промзона №40 «Западный порт», куда входит трубный завод «Филит», АО «Айс-Фили» и «Горбушкин двор», подлежит «оптимизации». То есть заводские корпуса предприятий подлежат сносу.


На их месте планируется построить новый комплекс с детскими садами, школами, офисами и небоскребами под 59 этажей. Всего будет построено 562 000 кв. метров, из которых 450 000 придется на жилую недвижимость. Несколько 30–40 этажных домов-свечек уже построены в непосредственной близости от «Горбушкиного двора».


В 2020 году московское правительство расширило категорию назначения земли промзоны №40, что теперь уже на законных основаниях позволяет строить на месте «Горбушкиного двора» жилые дома. Правда, пока что никто не может назвать точную дату начала строительства — фактически, дату смерти Горбушки. Но в том, что это случится очень скоро, можно не сомневаться.


Уж больно привлекательную территорию занимает промзона №40, удобно разместившись между станций метро «Фили» и «Багратионовская», в пяти минутах езды от Парка Победы и Кутузовского проспекта и в трех минутах езды от парка Фили.


Грубо говоря, в шаговой доступности находится зеленый парк с Москвой-рекой, элитный Кутузовский проспект, да и сама местность района Фили-Давыдково весьма живописная, недаром ее заприметил еще дядя Петра I, граф Лев Нарышкин, чья усадьба до сих пор сохранилась в Филевском парке. Остается только догадываться, сколько застройщиков спят и видят, как бы поскорее «освоить» территорию промзоны №40 и какие сладкие «пенки» с этого можно снять.


Впрочем, бежать впереди паровоза пока рано. Как говорят сами продавцы Горбушки, года полтора-два у них еще есть. Может, и больше. Правда, куда теперь им «отступать», не знает никто. Если при ликвидации рынка у стен ДК Горбунова и на площадке перед заводом «Рубин» многие продавцы просто взяли да переехали в корпуса этого самого завода, то куда переезжать теперь — непонятно.


А это означает, что одна из ярких достопримечательностей Москвы — Горбушка — может исчезнуть навсегда. Ведь вряд ли в столице найдется второе такое место, где под одной крышей смогут объединиться продавцы винила, компакт-дисков, хайэнда, винтажной аппаратуры и все остальные, когда-то ставшие частью одной большой семьи под названием Горбушка.


P.S. Все, кто когда-то бывал на Горбушке, наверняка навсегда запомнили это легендарное место, включая автора этих строк, который оставил там, начиная с 1987 года, уйму денег. О чем свидетельствует фотография, сделанная в марте 1995 года и запечатлевшая площадку перед заводом «Рубин» — будущим «Горбушкиным двором».



Источник: Stereo.ru

Просмотров: 3Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все